Цезарь

Выдающийся политик, полководец и писатель Гай Юлий Цезарь родился в Риме в 100 году до н.э. Его отец Гай Цезарь Старший принадлежал к древнему патрицианскому роду Юлиев, который (согласно преданиям) происходил от легендарного Энея и, следовательно, от самой Венеры.

Наивысшими магистратурами Цезаря Старшего были лишь претура и проконсульство в Азии, да и вообще принято думать, что к началу I века до н.э. род Юлиев переживал не лучшие времена. Однако, после рождения будущего диктатора эта ситуация изменилась – сразу два представителя этой фамилии добились консулата в 91 и 90 году до н.э. соответственно, хотя последующие войны – союзническая и гражданская – изрядно обескровили известное семейство. Примерно в 85 году до н.э. скончался и Цезарь Старший, таким образом будущий диктатор, едва надевший взрослую тогу, возглавил весь род, поскольку ближайшие родственники-мужчины уже были мертвы. Стоит отметить, что к этому времени Цезарь уже получил прекрасное домашнее образование: он обучался литературе, философии и риторике, греческому языку, плаванию, верховой езде и остальным необходимым тогда для юного нобиля дисциплинам. Помимо этого, он наверняка учился искусству политики в годы консульства своего дяди и кузена своего отца, ведь в окружение любого магистрата почти всегда входили его собственные дети и дети его близких родственников и друзей.
Как уже было отмечено, детство Цезаря омрачилось сразу двумя войнами, причём обе по сути являлись гражданскими и велись с крайней жестокостью. Союзническая война началась в 91 и закончилась в 88 году до н.э., однако тут же началась внешняя война с Митридатом Евпатором. Победа над столь грозным врагом сулила великую славу и хорошую наживу, поэтому за право командовать в этой войне начал бороться Гай Марий, хотя он и не имел для этого формальных оснований. Тем не менее его поддержали некоторые всадники и сенаторы, которые при помощи народного трибуна Сульпиция провели ряд популистских законов, в том числе и закон о командовании Мария. В том же 88 году до н.э. всё это привело к захвату Рима войсками Суллы, действующего консула. Он восстановил гражданский порядок, отменил все законы Сульпиция и отбыл воевать с Митридатом, однако оставил в Риме слишком много своих врагов. Уже в следующем году Вечный Город был захвачен войсками Мария и Цинны, после чего начался период известный как марианский террор. Цезарь и его отец состояли в родстве с Марием, поэтому не пострадали, однако этого нельзя было сказать об остальных Юлиях, которые пали жертвами беззакония. Самому же юному Цезарю Цинной было предложено стать фламином Юпитера, то есть занять почётную жреческую должность, которая при этом значительно ограничивала возможность будущей политической карьеры. Для этого также необходимо было жениться на патрицианке, и Цинна предложил собственную дочь Корнелию, хотя Цезарь и был уже обручён с Коссуцией, девушкой из богатой всаднической семьи. Гай Юлий согласился на все эти условия и даже женился на Корнелии, однако насчёт всего остального судьба распорядилась иначе. В 84 году до н.э. Цинна был убит взбунтовавшимися солдатами, а затем в Италию вернулся Сулла и началась новая гражданская война, которая шла с 83 по 82 год до н.э. Эта война закончилась установлением диктатуры Суллы и проскрипционными списками в которые попал и Цезарь – он отказался развестись со своей женой и таким образом продемонстрировать лояльность новому режиму. Его жизнь какое-то время висела на волоске, но затем Суллу отговорили от убийства Цезаря и тот покинул Италию во избежание дальнейших проблем. Отправившись в Азию, молодой патриций вошёл в окружение местного наместника Марка Минуция Терма и в чине контубернала помогал ему вести переговоры с царём Вифинии Никомедом IV. По итогам переговоров наместник получил часть царского флота для наказания города Митилены на Лесбосе, не признававшего итоги первой Митридатовой войны. В результате город был взят, а Цезарь удостоился своей первой военной награды – гражданской короны, которая давалась за спасение жизни римского гражданина. Вскоре после этого Цезарь отправился в Киликию, чтобы принять участие в войне против пиратов, но вести о смерти Суллы заставили его вернуться в Рим в 78 году до н.э.
В Италии, однако, снова было неспокойно. Консул Марк Эмилий Лепид после смерти Суллы попытался отменить его порядки, в частности вернуть италикам их землю, но встретил сопротивление сената и поднял мятеж. Существует теория, согласно которой он приглашал на свою сторону Цезаря, но тот благоразумно отказался, да и мятеж вскоре был подавлен сенатскими войсками. Задержавшись на пару лет в Риме Цезарь пытался судиться с некоторыми влиятельными сулланцами, но это у него получалось не особо успешно, и он отправился на Родос оттачивать своё ораторское мастерство. Там его наставником стал известный ритор Аполлоний Молон, который незадолго до этого учил Цицерона. На обратном пути Цезарь был захвачен пиратами и его жизнь вновь повисла на волоске, однако ему удалось через доверенных лиц собрать необходимую сумму выкупа и получить свободу. Это, впрочем, его не удовлетворило – благодаря местным римским властям он собрал флот, догнал пиратов и всех казнил. В 74 году до н.э. Цезарь переправился в провинцию Азия, чтобы участвовать в новой войне против Митридата, однако вскоре вернулся в Рим, где был кооптирован в жреческую коллегию понтификов вместо умершего Гая Аврелия Котты. Примерно годом спустя Цезарь был избран военным трибуном, то есть его трибунат скорее всего приходится на восстание Спартака, которое как известно длилось с 73 по 71 год до н.э. Чем занимался Цезарь в этот период остаётся тайной, однако после завершения рабской войны Гай Юлий уже довольно близко сходится с Марком Лицинием Крассом – победителем Спартака и богатейшим человеком республики. В связи с этим высказываются весьма обоснованные предположения, что Цезарь мог сблизиться с Крассом именно на этой войне.
69 год до н.э. выдался для Цезаря трагическим – почти одновременно скончались его жена Корнелия и тётка Юлия. Устроив им пышные похороны, Гай Юлий не забыл и о политике, произнеся на обеих церемониях скандальные речи. Скандал на похоронах жены заключался в том, что публично восхвалять умершую молодую женщину было попросту непринято, а в случае с тёткой всё было ещё сложнее, поскольку Цезарь напомнил собравшимся о её замужестве с тираном Гаем Марием, попутно выставив на всеобщее обозрение его восковой бюст. Шокировав таким образом весь Рим, Цезарь тем не менее вновь заставил говорить о себе и без всяких проблем стал квестором того же года. Эти обязанности он исполнял в Дальней Испании под руководством её наместника Гая Антистия Вета, хотя есть версия что помимо этого он провёл какое-то время в Транспаданской Галлии, где создал себе обширную клиентелу. Вернувшись из провинции в 67 году до н.э. Цезарь женился на Помпее, внучке Суллы, а годом спустя он стал смотрителем Аппиевой дороги и был избран курульным эдилом на 65-й год. Все эти должности требовали регулярных расходов, причём весьма немалых, но небогатый в общем-то Цезарь и тут умудрился всех шокировать. Он отремонтировал за свой счёт Аппиеву дорогу, а также провёл несколько настолько дорогостоящих общественных и религиозных игр, что они надолго вошли в историю. Здесь нужно отметить, что Цезарь всегда любил жить на широкую ногу и делал он это преимущественно на заёмные деньги. Его основным кредитором в те годы был Марк Красс, но Цезарь ставил не только на Красса, но и на Помпея. Во всяком случае почти во всех своих выступлениях и действиях того периода он оказывал Помпею свою поддержку. В качестве примеров можно вспомнить голосования по законам Габиния и Манилия 67 и 66 годов до н.э. соответственно и многие другие подобные эпизоды. Так создавался прообраз первого триумвирата, который окончательно оформился к 60 году до н.э.
В начале 63 года до н.э. в связи со смертью Квинта Цецилия Метелла Пия стало вакантным место великого понтифика. Эта должность была высшей религиозной магистратурой, а, следовательно, она была крайне почётной и сулила обладателю блестящую политическую карьеру. Цезарь выставил свою кандидатуру и смог победить, хотя и ценой огромных долгов. В том же 63 году произошло ещё одно знаменательное событие – усилиями Цицерона был раскрыт заговор Катилины. Злые языки намекали на то, что Цезарь мог иметь непосредственное участие к этой авантюре, а Катул с Пизоном и вовсе требовали его ареста, но для Гая Юлия всё кончилось благополучно. Более того, он даже выступил в защиту заговорщиков и предложил не лишать их жизни, однако Цицерон и Катон Младший убедили сенаторов в необходимости принятия самых строгих мер. В результате заговорщики были казнены, а Цицерон получил титул Отца отечества и стал на время самой популярной фигурой в Риме.
В 62 году до н.э. Цезарь избрался претором и начал ещё активнее поддерживать Помпея. Во-первых, он предложил передать ему полномочия по восстановлению храма Юпитера Капитолийского, во-вторых предложил отозвать его в Рим для подавления оставшихся отрядов Катилины. Оба предложения не имели успеха, но в очередной раз продемонстрировали лояльность Цезаря к самому успешному человеку в республике. В том же году Цезарю пришлось развестись со своей женой из-за одного скандального инцидента. На праздник в честь Великой богини в его доме был замечен молодой и подающий большие надежды популяр Клодий, одетый в женское платье. Беда была в том, что на данный праздник в доме могли находится только женщины, так что поступок Клодия сам по себе был святотатством, не говоря уже о его причинах. Как ни странно, нарушителя порядка в итоге оправдали, а Цезарь даже не стал против него свидетельствовать.
Годом спустя Гай Юлий в ранге пропретора отправился в Дальнюю Испанию, однако сделал это не без труда. Его огромные долги к этому времени достигли уже таких астрономических значений, что кредиторы попросту не отпускали его из Рима. Лишь поручительство Марка Красса на огромную сумму позволило Цезарю приступить к своим обязанностям, а заодно продемонстрировать миру не только блестящего политика, но и полководца. Если в Риме Цезарь не мог полностью себя реализовать и находился в тени Помпея и Красса, то собственная провинция предоставляла куда большие возможности. Здесь, вдалеке от строптивого сената, он мог в короткие сроки как ещё больше прославить своё имя, так и сколотить внушительное состояние – для этого требовалась лишь небольшая победоносная война. Осознавая всё это, Цезарь сразу же принялся за дело. Развернув идеологическую кампанию против местного бандитизма и варварства, он набрал ополчение из своих провинциалов и с тремя легионами атаковал племена, жившие на Герминском хребте. Этим поступком он настроил против себя почти всю Лузитанию, но не отступил и продолжил боевые действия, оперативно перемещая свои войска и давая одно сражение за другим. В результате все восстания были подавлены, а легионы Цезаря провозгласили его императором, то есть успешным полководцем. Лишь после этого он закончил свой поход и обратился к более мирным делам, проявив себя при этом весьма талантливым администратором. Отменив одни налоги и реформировав другие, Гай Юлий смог добиться наиболее выгодного положения и для заёмщиков, и для кредиторов. Не остался обделённым и он сам, поскольку во-первых наверняка оставлял себе часть военных трофеев, а во-вторых в качестве сурового, но справедливого патрона мог рассчитывать на щедрые подношения от местной знати. В любом случае уже в 60 году до н.э. Цезарь вернулся в Рим вполне состоятельным человеком. Его военные заслуги в провинции давали право на триумф, а достижение им необходимого возраста для продолжения карьеры давало право на консульские выборы. Однако по закону претендент на триумф обязан был ждать начала церемонии за священной городской чертой, в то время как соискатель консульства должен был находиться в Риме. Сославшись на эту правовую коллизию, оппоненты Цезаря в сенате заставили его выбирать что-то одно и после долгих переговоров он согласился на отказ от триумфа в пользу потенциального консулата. Понимая при этом, что сенаторы не заинтересованы в его победе и приложат все усилия для проведения своих кандидатов, Цезарь объединился сразу с двумя могущественными политиками – Марком Крассом и Помпеем Великим. Это объединение впоследствии стало называться первым триумвиратом и оказало колоссальное влияние на римскую историю. Если говорить о причинах этого объединения, то нужно выделить как минимум две – твердолобость сената и вполне обоснованные амбиции триумвиров. Для Цезаря этот альянс был возможностью решить свои политические и финансовые проблемы, а, следовательно, получить уверенность в завтрашнем дне, что было весьма актуально для такого авантюрного политика. Марк Красс, становясь одним из негласных лидеров государства мог защитить уже не только собственные финансовые интересы, но также интересы сословия всадников, с которыми он регулярно вёл дела. Более того, усиливая свои и без того хорошие позиции как в сенате, так и среди эквитов, Красс становился по сути неуязвимым для своего главного оппонента Помпея. Что же касается самого Помпея, то он, как и Цезарь давно уже затаил обиду на сенатское большинство и сомневался в его перспективах. Всегда выказывая сенату свою лояльность, Помпей получал в ответ лишь бесконечные тяжбы даже по самым очевидным вопросам, будь то расселение его ветеранов или получение империя на борьбу с пиратами. Уже сам факт того, что Помпей примирился и объединился с Крассом, говорил о том, что его терпению пришёл конец.
Так или иначе теперь в Риме наступало новое время. По итогам выборов Цезарь был избран консулом на 59 год до н.э., и эта кампания стала одной из самых грязных в истории. Партнёром Гая Юлия по консулату стал Марк Кальпурний Бибул, ставленник сената. Потратив огромные усилия на противодействие законам Цезаря он, однако ничего не добился и в итоге попросту заперся в своём доме до окончания полномочий. Это позволило Цезарю править практически единолично, игнорируя сенат и проводя необходимые законы в народном собрании. Речь идёт в первую очередь об аграрных законах, которые удовлетворяли Помпея, а также о законах удовлетворяющих откупщиков, то есть всадников и лично Марка Красса. Впрочем, не забыл Цезарь и о себе: при содействии народного трибуна Ватиния он добился принятия закона о назначении себя проконсулом Галлии и Иллирии сроком на целых пять лет. Кроме того, были приняты законы об утверждении распоряжений Помпея на Востоке, о вымогательстве и взяточничестве наместников, а также о признании Птолемея XII фараоном Египта. Решив таким образом все собственные проблемы и проблемы коллег по триумвирату, Цезарь в некотором смысле перестраховался, выдав свою дочь Юлию за Помпея. Сам же он женился на дочери Пизона Кальпурнии и затем отбыл в провинцию.
В те годы Галлия фактически делилась на три части: Галлия Цизальпинская, Галлия Нарбонская и Галлия Трансальпийская. Первая была известна как Ближняя Галлия или Галлия Тогата, поскольку её жители были романизированы и носили тоги. Эта провинция в свою очередь делилась на Циспаданскую и Транспаданскую Галлию. Галлия Нарбонская именовалась просто провинцией, а её непокорённая часть Галлия Трансальпийская считалась «косматой» или Дальней Галлией. Не менее сложно всё было и с населением этих колоссальных территорий, вмещающих в себя современные части Франции, Бельгии, Люксембурга, Швейцарии и Голландии. К моменту прибытия Цезаря там проживали десятки различных племён, некоторые из которых к тому же периодически мигрировали и создавали угрозу как для вышеуказанных провинций, так и для всей Республики. За это, собственно, и зацепился Цезарь, искавший повод для новой победоносной войны. В 58 году до н.э. он разбил племя гельветов, нарушивших римские границы, а кроме того уничтожил армию германского вождя Ариовиста. В следующем году проконсул атаковал и разбил племена белгов, а служивший под его началом младший сын Марка Красса Публий установил контроль над частью Аквитании. Впрочем, эта территория уже годом спустя восстала против Рима и Цезарю пришлось разделять свои войска между Лабиеном, Крассом и Сабином. Сам же командующий отправился в Цизальпинскую Галлию на встречу с триумвирами для координации дальнейших действий. Там была достигнута договорённость о том, что Помпей и Красс выставят свои кандидатуры на консульство 55 года, а после победы продлят срок галльских полномочий Цезаря ещё на 5 лет. Таким образом Цезарь вновь получил уверенность в своём будущем и вернулся к войскам, чтобы возглавить римское наступление на венетов и их союзников. После затяжных боёв венеты запросили мира, равно как и аквитаны, которые были усмирены молодым Крассом. Интересно, что после этого успеха Публий помог Цезарю ещё и тем, что сопроводил его солдат в Рим на консульские выборы. Проголосовав за Помпея и Красса старшего, легионеры продлили полномочия триумвирата, а, следовательно, и полномочия Цезаря в Галлии. Спустя два года Цезарь вернул долг обоим Крассам, выделив им часть своей конницы для участия в Парфянской войне.
Таким образом в 55 году до н.э. Помпей и Красс были избраны консулами, а Цезарь принялся за германские племена. Сначала он разгромил те из них, что перешли через Рейн, а затем переправился через него сам посредством строительства огромного моста. Эта акция была скорее психологической, нежели стратегической, поэтому Цезарь не стал задерживаться на германской территории уже раздумывая о высадке в Британии. Эта экспедиция состоялась в конце августа, но была недостаточно подготовлена, в результате чего римлянам уже через месяц пришлось вернуться на континент. Годом спустя Цезарь совершил повторную экспедицию, однако из-за партизанской тактики местных кельтов предпочёл заключить перемирие и вернуться в провинцию. Вернувшись, он организовал вторую непродолжительную экспедицию за Рейн, а также был вынужден подавлять восстание белгов, которое, впрочем, было лишь предвестником большой бури. В начале 52 года до н.э. против Цезаря восстала почти вся Галлия, а руководил восстанием Верцингеториг – молодой и талантливый вождь арвернов. Он разделил свои войска и создал угрозу для римлян сразу на нескольких стратегических направлениях, отрезав Цезаря от основной части войск. Однако проконсул путём обманного манёвра смог объединиться со своими основными силами и перейти в наступление. Потерпев несколько ощутимых поражений и потеряв несколько городов, Верцингеториг начал уклоняться от масштабных сражений и применять тактику выжженной земли. Это дало краткосрочные плоды, но затем Цезарю всё же удалось заблокировать основные силы восставших в Алезии. Во время осады города проконсул смог наиболее ярко проявить свои полководческие таланты и значительно уступающими силами разгромить галльские войска. Восстание было подавлено, и в последующие два года Цезарю с его легатами оставалось лишь усмирить отдельные непокорные племена.
Тем временем в Риме события развивались далеко не так благоприятно. Ещё в 54 году до н.э. скончалась дочь Цезаря и жена Помпея Юлия, а в 53 году до н.э. на Парфянской войне погибли оба Красса. Таким образом буквально за год триумвират был разрушен, чем не замедлили воспользоваться противники Цезаря. Они начали всё настойчивей требовать от полководца сложить полномочия и распустить войска, а затем явиться в Рим для судебных действий. Все попытки Цезаря договориться были отклонены, в результате чего он принял решение отстаивать свои интересы любыми средствами. Примерно 10 января 49 года до н.э. Гай Юлий произнёс своё известное «жребий брошен» и перешёл с войсками через Рубикон, положив начало новой гражданской войне.
Далее последовало то, что можно было бы назвать триумфальным шествием Цезаря по Италии. Большинство городов на его пути вдоль Адриатического побережья сдавались без боя, а солдаты оптиматов переходили на его сторону. Когда это сделали и три легиона Агенобарба, осаждённые в Корфинии, Помпей как лидер сената принял решение покинуть Рим и эвакуироваться со своими сторонниками в Грецию для набора новых легионов из восточных провинций. Не имея возможности преследовать Помпея по морю, Цезарь оставил в Италии Антония и Лепида, а сам отправился в Испанию где находилась значительная сенатская армия. После столкновения при Илерде эта армия капитулировала, а Испания окончательно перешла к Цезарю. Он вернулся в Рим и уже в статусе диктатора избрал консулом самого себя, а также Публия Сервилия Исаврика. Кроме того, не дожидаясь окончания войны, Цезарь начал проводить реформы, которые в первую очередь касались кредитования и предоставления гражданства.
Однако угроза со стороны Помпея никуда не делась: его по-прежнему поддерживали многие сенаторы, под его началом находились десятки тысяч солдат. В январе 48 года до н.э. Цезарь с двадцатитысячной армией высадился в Эпире и начал захватывать близлежащие города, после чего объединился с прибывшей армией Марка Антония. Совместными усилиями полководцы смогли осадить превосходящие силы Помпея возле Диррахия, однако в июле проиграли крупное сражение, после которого отступили в Фессалию. Там месяцем спустя при Фарсале произошла ещё одна битва, которая и решила исход войны – Помпей был разбит и бежал в Египет, а его сторонники в большинстве своём сдались на милость победителя. Опасаясь, что Помпей может собрать новые войска, Цезарь начал его преследование, но прибыв в Египет узнал, что опасения были напрасными – египтяне предпочли не связываться с Помпеем и попросту убили его. Тогда пользуясь случаем Гай Юлий решил вмешаться в династический спор местного царя Птолемея XIII и его сестры Клеопатры. По завещанию, оставленному их отцом Птолемеем XII, они должны были править сообща, а исполнителем завещания являлся Рим. Такое положение дел существовало недолго и к моменту появления в Египте Цезаря там уже начиналась гражданская война. Всё это было на руку диктатору, так как ситуация располагала к вторжению, да и мысли о присоединении Египта уже давно витали в самых высоких римских кругах. Сделав ставку на молодую и привлекательную Клеопатру, Гай Юлий вступил в военный конфликт с её братом и при помощи Митридата Пергамского одержал победу. Летом 47 года он покинул Египет и направился в Сирию, а затем в Киликию, где против Рима восстал Понтийский царь Фарнак II. Пользуясь военной неопытностью противников, Цезарь легко их разгромил, увековечив отправленное в Рим донесение из трёх слов – пришёл, увидел, победил. Впрочем, и после этой победы Гай Юлий не мог чувствовать себя спокойно – в Италии начинали бунтовать легионы, а в Африке оставались крупные силы помпеянцев, пользующиеся поддержкой местного царя Юбы. Решив все проблемы со своими легионерами, Цезарь отправился в Африку и в апреле 46 года до н.э. в битве при Тапсе разгромил войска Метелла Сципиона, Марка Петрея и Юбы. После этого он смог взять Тапс, а следом и Утику, обороной которой командовал Катон Младший. Видя безвыходность своего положения и не желая сдаваться на милость Цезаря, Катон покончил собой. Сам же Гай Юлий после стольких побед вернулся наконец в Рим и справил там сразу 4 триумфа подряд. Однако и теперь он не мог чувствовать себя в полной безопасности – в Дальней Испании произошёл мятеж, вызванный злоупотреблениями местного наместника Квинта Кассия Лонгина. Этим мятежом воспользовались остатки помпеянских войск и Цезарю пришлось лично выступать против грозного и объединённого врага. В марте 45 года до н.э. с 8 легионами он дал сражение превосходящим силам противника при Мунде и одержал победу, поставив наконец точку в гражданской войне. После этого он вернулся в Рим и отпраздновал свой пятый триумф – над собственными согражданами – а затем принял титул пожизненного диктатора. Теперь он становился фактически монархом с неограниченной властью и это не могло не породить недовольства значительной части римской аристократии. 15 марта 44 года до н.э. Гай Юлий Цезарь был убит сенатскими заговорщиками в курии Гнея Помпея Великого. Через три дня он должен был выступить в поход против Парфии.
Из одного перечисления всех заслуг этого бесконечно одарённого человека можно было бы составить целую книгу, поскольку когда мы говорим о Цезаре, мы подразумеваем и политика, и полководца, и писателя, и реформатора, и оратора, и учёного… Этот список можно продолжать долго, ведь Гай Юлий в силу своего разностороннего ума и трудолюбия не был привязан к чему-то одному как многие и многие его антагонисты. Если Помпей – это армия, Цицерон – это трибуна, Красс – это деньги, то Цезарь – это сумма всего того, что произошло с Римской республикой на её закате. Он был одинаково успешен и на ораторской трибуне, и в сенатской курии, и в военных походах, и за письменным столом. Без особого преувеличения можно сказать, что он стал олицетворением всего Рима – жестокого, но крайне продуктивного Города, который с одной и той же лёгкостью одаривал своих друзей и уничтожал врагов. Этот дуализм созидания и разрушения отражался и в чертах Гая Юлия, ведь методично уничтожая старый мир, он не менее методично выстраивал новый. В частности, это проявлялось прежде всего на войне, где потомок Венеры без особых колебаний убивал или отправлял в рабство сотни тысяч человек – если они, разумеется, не были римскими гражданами. В противном случае он подчинялся букве закона и предпочитал политику милосердия. Как известно, эта политика его в итоге и погубила, но суть в том, что Цезарь не был мстительным интриганом или хладнокровным убийцей как Сулла и Марий. Он был куда более дальновиден и понимал, что бесконечные подавления восстаний — это прямой путь к уничтожению всего государства. И в этом, пожалуй, была главная гениальность Цезаря – способность трезво и адекватно оценивать исторический момент. Вполне возможно, что он вообще был в те годы единственным, кто был на это способен, так как Цицерон, Помпей, Катон и прочие сенатские вожаки плохо понимали, в каком мире они живут. Сенат в своём большинстве вообще всегда находился в плену иллюзий и формализма, в то время как лишь отдельные его представители были способны видеть всю картину целиком. Эта картина была довольно печальна, так как время гражданской общины уже после Ганнибаловой войны ушло в прошлое. Некогда голодный и маленький Рим настолько разросся и заелся, что начал пожирать сам себя. Колоссальные территории всё хуже контролировались, плодородные земли принадлежали горстке аристократов, практически любой труд осуществлялся рабами, в то время как простым крестьянам оставалось слоняться без дела по городам и весям да выпрашивать подачки. Всё это понимали братья Гракхи, понимал это и Цезарь. Неизвестно, всегда ли он мечтал добиться статуса живого полубога и подчинить своей воле весь известный ему мир, но очевидно, что в большинстве случаев он лишь реагировал на несправедливость в свой адрес. Вполне возможно, что если бы правящие сенатские круги были более к нему лояльны, то он закончил бы свою жизнь всего лишь одним из уважаемых консуляров, который успешно повоевал и оставил ряд сочинений. Но встречая на своём пути противодействие, граничащее с оскорблением, Цезарь заражался как неутомимой энергией, так и верой в собственные силы. Разумеется, эти качества передавались и его легионерам, что делало данный симбиоз армии и полководца поистине несокрушимым оружием. Его враги не знали, что Цезарь не только умел, но и любил воевать, добавляя к врождённому азарту и талантам администрирования свою страсть и, разумеется, амбиции. При этом диктатор практически никогда не терял самообладания и не в пример Клодию или Катилине понимал, где можно и нужно остановиться. Таким образом перед нами яркий пример личности, не только ставшей продуктом своего времени, но и в известной степени его опередившей. Собственно, это и сыграло с Цезарем злую шутку во время мартовских ид, ведь как выяснилось позднее, его историческая роль заключалась не в постройке новой Империи, а в заложении её фундамента. Строить должен был его преемник Октавиан, и вот он уже сполна воспользовался всеми наработками и достижениями своего предшественника. Если перевести это в область религиозных мифов, то прежде самого бога почти всегда появляется его предвестник или пророк.
Говоря о Цезаре как о писателе, мы невольно сравниваем его с другим выдающимся современником – Цицероном. Однако это сравнение весьма условно, поскольку и психология, и риторика, и стилистика двух римских талантов весьма заметно различаются. Стилю Цицерона свойственны философская задумчивость вкупе с драматическими и патетическими построениями. В то же время язык Цезаря сухой и лаконичный, он обращает на себя внимание как лингвистической простотой, так и ясностью мысли. В нём нет нагруженных и многосложных конструкций, он лишён сентиментальности или уходящих от темы рассуждений. Проще говоря это язык натуралиста, который с чисто научным интересом занят описанием увиденного. Работает на это и то, что сам Цезарь всегда писал о себе в третьем лице.
Что касается его произведений, то это в первую очередь «Записки о галльской войне» в семи книгах, а также «Записки о гражданской войне» в трёх сочинениях. И в том и в другом труде Цезарь описывает собственные сражения, а также передаёт многие ценные подробности географического и этнографического свойства. Его интересует как быт завоёванных им племён, так и их навыки, и устремления. Судя по всему, сама идея этих книг была позаимствована им у греческих авторов и в первую очередь у Ксенофонта, который одним из первых написал собственную автобиографию. Впрочем, не стоит забывать и о политической роли этих сочинений, так как они, будучи по сути объёмными реляциями, во-первых, знакомили римлян с военными успехами Цезаря, а во-вторых и раскрывали причины той или иной войны в нужном ему свете. Учитывая постоянные окрики из сената по поводу справедливости принимаемых им решений, это было, пожалуй, лучшим пиар-ходом, который только можно было придумать. Многие в Риме читали и обсуждали эти произведения и во многом именно они создали тот облик Цезаря, который мы знаем сегодня. Остаётся лишь добавить, что литературные усилия диктатора были хорошо приняты как его современниками, так и представителями Средневековья и Нового Времени. Не будучи профессиональным писателем, Цезарь смог создать свой собственный стиль и это является ещё одним подтверждением его гениальности.

Firemarketing.ru - создание и продвижение сайтов

Search